Страница 31 (часть 2) — ГДЗ литературное чтение 3 класс Климанова

   И он добавляет дрожащим голосом, взявши немца за пуговицу пальто:
   — Ну, вот... Я, конечно, надеюсь, что моя девочка выздоровеет. Но... спаси бог... вдруг её болезнь окончится плохо... вдруг девочка умрёт?.. Подумайте только: ведь меня всю жизнь будет мучить мысль, что я не исполнил ее последнего, самого последнего желания!..
   Немец хмурится и в раздумье чешет мизинцем левую бровь. Наконец он спрашивает:
   — Гм... А сколько вашей девочке лет?
   — Шесть.
   — Гм... Моей Лизе тоже шесть. Гм... Но, знаете, вам это будет дорого стоить. Придётся привести слона ночью и только на следующую ночь увести обратно. Днём нельзя. Соберется публикум, и сделается один скандал... Таким образом выходит, что я теряю целый день, и вы мне должны возвратить убыток.
   — О, конечно, конечно... не беспокойтесь об этом...
   — Потом: позволит ли полиция вводить один слон в один дом?
   — Я это устрою. Позволит.
   — Ещё один вопрос: позволит ли хозяин вашего дома вводить в свой дом один слон?
   — Позволит. Я сам хозяин этого дома.
   — Ага! Это еще лучше. И потом ещё один вопрос: в котором этаже вы живёте?
   — Во втором.
   — Гм... Это уже не так хорошо... Имеете ли вы в своём доме широкую лестницу, высокий

   Я оглянулся и увидел, что невдалеке от меня Костю Малинина гоняет по траве здоровенный бесхвостый воробей.
   — Я скачу, — затрещал Костя, подбегая вприпрыжку и прячась за мою спину, — вижу, в траве овёс лежит, нагнулся — слышу, у меня из хвоста кто-то перо дёргает! Хулиганство какое!
   — Ты че-чего к маленьким пристаёшь? — спросил я, подскакивая к здоровенному воробью. — Че-чего ты людям выходной день-день портишь?
   — Я ни-че-че-го! А че-че-го этот птен-чик на мой овёс разлетелся? На чу-чу-жой двор заявились да ещё распоряжаются здесь! Что-то я вас здесь раньше никогда не замечал!
   Я хотел по-хорошему объяснить воробью, почему он не мог нас раньше видеть на дворе, но верзила-воробей и не стал меня слушать. Он подскочил ко мне и, не говоря ни слова, ударил меня по-воробьиному крылом в грудь. Ударил. Отскочил. Ноги расставил и крылья для устрашения распустил.
   Но я не растерялся. Я тоже распустил крылья веером, хвост — трубой, подскочил к верзиле нос к носу да ка-ак дам ему подножку! Обыкновенную человеческую подножку. Конечно, верзила-воробей не знал такого приёма и, хотя он был выше меня на целую голову, свалился на траву как подкошенный. Лежит на лопатках, ноги кверху задрал и молчит и больше не задирается. Он думал, наверное, что мы ему сейчас с Костей зададим хорошую взбучку. А мне этого воробья почему-то даже жалко стало.
   — Эй ты, куцый! — сказал я. — Вставай! У, нас лежачего не бьют! Можешь проваливать... Впро-чем-чем, можешь и остаться! Мы тебя сейчас-час угостим овсом. Костя, где овёс?
   — Здесь, в траве. Вот ов-син-синки, и вот ов-син-синки.
   Но бесхвостый не обратил на мои слова никакого внимания. Он молча поднялся, отряхнулся и испуганно запрыгал прочь.